Алексей Рафиев Раздел: Наука и религия Версия для печати

Электрический ангел

Как-то ко мне пришло любопытное ведение – умозрительно опять же. Просто-запросто такие истории не стираются. Приблизительно за восемь столетий до Рождества Христова я писал тексты в некоем храме, находящемся в тогдашней Аравии. А Борисов Лёша играл там музыку во время богослужений. Только музыкой назвать это язык не поворачивается. Тогда даже нотных тетрадок не было у нас. Да и писал я клиньями по глиняным дощечкам. И в каждой черточке было столько смысла, что порой хотелось черточки все стереть – слишком уж велика ответственность.

Чем больше ангел – тем он сразу старше и моложе. Отсчет происходит одновременно в обе стороны. Это непросто себе вообразить и еще реже встречаются те, кто видел это в словах сердца и понимает, о чем может идти речь на самом деле. Быть сразу и Матерью, и Младенцем – приобщение к Царству Небесному. Это – на уровне физического воспроизведения звука – там, где замысел выходит из сфер, чтобы воплотиться, но ему уже присущ ритм, поскольку ритм – свойство сфер, передаваемое дольше. Мир электромагнитных колебаний – та часть мира, которая еще не материя в смысле формы и, одномоментно, не девятый вал Святого Духа – Божьего замысла в его первозданной чистоте. Сметающий все на своем пути напор вечного счастья, неизреченной любви, беспрецедентного освобождения – и непререкаемого. Электромагнитные колебания – промежуточное состояние души. Здесь – на земле, в теле человека. Тем более – в обществе. Но – поскольку от ритма деться некуда – темница остается – кандалы сняты, но память о том, что есть кандалы – в сердце, в печени, в почках, в костя – в теле. Адамова печать на «ап» не снимается. Вся магия мира людей, теней и идей вот так вот запросто под ноги не ляжет и магией быть не прекратит, в следующее мгновение претворившись в перегной, из которого прорастает нечто совершенно новое и доселе лишь обетованное, но во всей ясности и целомудренности невиданное. Разве что – всего однажды, когда Он пришел сюда Человеком, совершив акт самопожертвования, непостижимый до того. Он ведь освободил и Шиву, и Одина, и Осириса, и меня, и тебя. Для впитывания проговариваемого сейчас необходимо стать непоколебимым – даже посреди Армагеддона. Сидя верхом на четвертом коне апокалипсиса, можно уже не следить за поводьями. Не только можно, но и нужно – выпустить поводья из рук. Ведь одно из твоих имён – смерть. В твоих руках – коса. Тебе дано право косить души – души и тела. Ты – не только смерть первая, но и смерть вторая. Имеется мнение о существовании смерти третьей. Но туда мы сейчас не пойдем – главным образом для того, чтоб никого не ввести в искушение. Если вышенаписанное относится ко мне, то и к тебе тоже – потому что к каждому.

Самоуверенность – один из моих ключей от преисподней. Стоит лишь забыть, что всё, что у тебя есть – не твое, а тебе данное, как попадаешь в капкан. Потом приходится зализывать раны. И нет никаких гарантий того, что однажды не очнешься без ног. Хорошо еще – не у мусорного контейнера после позднего ужина объедками. Или в блокадном Ленинграде, только что полакомившись человечиной. Быть ты при этом можешь хоть святым-полумертвым, хоть блудным больным котом с перееханными телегой с трупами лапами. Ты будешь, если залипнешь в подобном раскладе, одним из самых счастливых котов – чудом каким-то выжившим даже тогда, когда давно съедены крысы и люди вовсю едят людей. Жизнь очень разная – и она одна на всех. Нет в поднебесной ангела, который не был бы членом семьи. Спаси и сохрани, Боже Сил. Ведь люди могут друг друга распиливать пополам деревянными двуручными пилами или живьем замораживать под струями ледяной воды на порывистом морозном ветру. Гермес – хоть и засранец, но ведь тоже человек. Или просто демон?

Реальность вопиёт о том, что единственный мой враг – я сам. Всё остальное – порожденные мной иллюзии. Гермес – одна из них – та, с которой начались многие остальные фантомы. Для Гермеса сфера – исходная точка. Его не пускают туда, откуда берутся сферы. Являясь замыслом – он не тот, кому замысел принадлежит. Он – тварь, а не творец. Он – не Творец, потому что он не в Творце и Творец не в нём. Всего лишь человек. Он не рождён свыше. Он обречен раз от раза до седых яиц быть начальником построенной им и его подручными колонии общего режима содержания. Его философский камень – та обманка, на которую покупаются все, кто не преодолел в себе товарно-денежные отношения. Гермес ходит под ручку с тем, кого зовут Паном. У него, как и у Гермеса, много имён. Он играет на дудочке. Он тот, кто сочинил первый музыкальный инструмент. Он способен передавать материально-предметному восприятию звуки сфер, вмешиваясь в процесс локального творения – той части замысла, которая ограждена кругом – которую оградил кругом Гермес. Масонские ложи берут свое начало именно здесь, а не в тамплиерах или талмуде. Азазель и Семьяза – те же действующие лица, что и всегда. Потому что тамплиеры и талмуд вторичны относительно Гермеса и Пана, которые уже вторичны сами в себе. Гермес и Пан – та граница, до которой, следуя многочисленным оккультным доктринам, человек может дойти. Дойти, но не перейти. К хранилищам темноты – для акта истинного творения вне времени и пространства – не пускают. Потому что Гермес и Пан – характеристики личности падшей и не ожившей – крепко спящей, практически мёртвой, лежащей в коме забытья литургическим сном. Делать в компании этих двух нормальному человеку нехуй – скажу мягко.

Можно и пожёстче – каждый, кто идёт на компромисс – превращается или в пидора, или в припидоренного, что тоже самое – с той лишь разницей, что припидоренного только ебут. Сам он, как правило, не сильно стремится постичь глубины содомского подземелья. Да он и вовсе не в восторге от происходящего, глубоко-глубоко внутри себя осознавая, что не только находится в глобальном петушатнике, но и являет собой его неотъемлемую часть. Мир брачных игрищ, косметики и войны – пустышка, не заслуживающая внимания. Но вот как быть сбоку от этого кладбища всё время? Как оказаться там, где нет времени – раз и навсегда? Когда в раю стоишь только одной ногой – всегда остается возможность снова пасть. Для этого надо, конечно, потрудиться, но при особенной настойчивости – вэлком ту хэлл, бэби. Пидорство, по моему глубочайшему верованию – неотъемлемый признак подземелья, андеграунда. То, что массовому читателю-слушаителю-зрителю втюхивается под видом модненькой новой волны, ломающего табу авангарда и возрождающихся первоисточников – зачастую, подлог. В осмысленном случае – провокация. Но подлогом и провокация быть не перестаёт. А вот что делать тем, у кого Закон прописан в сердце? Очень несуразное сейчас время, конечно. Невольно приходится от него отказываться. Иначе не устоять ведь. Столько слоёв в пироге, что кусок в рот давно уже не влезает, как варежку не разевай.

Вот когда человек на досуге способен думать, а не только чесать языком, ритмично заголяя дёсна – появляется шанс на творческое взаимодействие с ним – на акт со-творения – на соборную молитву, которая на глазах перерождается в проповедь, произносимую в сердце всего человечества. Если такой молитвы нет, то и сотворения нет. Есть то, что называют искусством. Искус, искушение – фундаментальный камень любой иллюзии. Любое тиражирование иллюзий – трансляция своего эгоцентризма. Плотный колпак вуду, нависший над человечеством – именно совокупность накопленных за тысячелетия или даже миллиарды лет иллюзий, многие из которых давно уже развиваются самостоятельно, будучи сами себе сценаристами – духи, никогда не видевшие Первоисточник, но наследовавшие от своих непосредственных предков способность и жажду творить. Ад идёт перед ними. В судный день на их головах вспыхнут угли вселенских факелов. Кто знает – возможно, именно ориентируясь по этим факелам, последние будут покидать валгаллу раскаленной жаровни. Не суди – не осудишься. И кто знает – а вдруг это самосожжение вменится в праведность и тем, с кого начался конец. Понятно безоговорочно лишь то, что чем выше одно – тем выше второе. И так до тех пор, пока в раю – лишь одна нога. Первородный грех сделал человека неустойчивым в добре – говаривал Иоанн Кронштадтский. Я ему верю – он мне ни разу не сбрехал. А если где и блуждал, то он ведь человек, а не Спаситель. Все мы разные – у каждого свои деформации.

Человек пытается показать, как он звучит. Это уже не музыка – не десакрализованное до уровня деления на жанры творчество. Это – ручеёк, вытекающий из источника с живой водой и ведущий в жизнь вечную. Это – связь с Первоисточником или хотя бы с тем, что с Ним сообщается. Борисову приходится смиряться перед набором штампов, без которого люди не смогут понять себя – не только его. Так он стал музыкантом, художником, поэтом… Но он больше «эмбиента» или «нойза». Эти слова рядом с его звучанием выглядят дохлыми мухами на куче навоза. Мухи успели отложить опарыш и теперь куча шевелится белёсыми тушками небольших и нежных, как манная каша, червей. Господи, избавь нас от червя и гниения. И меня, и его. И всех, кого захочешь. Аминь.

То, что через Борисова Господь подчиняет человеку электричество – говорит мне о периоде юродства в его духопреемстве. Возможно, о периоде не одном, но это неважно, поскольку качество в количество не переходит и с количеством в единую косу не сплетено. Земные силы подчиняются только тем, кто способен одолеть их на грубом физическом плане. Даосские нательные сушки промокших простыней на холоде – оттуда. К закаливанию организма или формированию терпения подобные практики не имеют никакого отношения. За подобными мотивациями они скрывают от непосвященных свои истинные смыслы. Поскольку Борисов озвучивает себя и сам являет собой, в себе единственный музыкальный инструмент – весь остальной мир подчиняется ему – только потому уже, что он вершина и этого мира тоже. И этого, и любого другого – любого тварного. Музыка уходит, форма заканчивается, иллюзии рушатся… Творческий акт поднимает человека до ангельских высот. Человек прекращает свои потуги самовыражения и становится инструментом, на котором играет Творец. Человек обретает бессмертие. Здравствуй, Будда. Лотос – цветок Богородицы.

Надо ли здесь быть особенно аккуратным? На этот вопрос каждый отвечает себе сам. Бывает, что ответ меняется, бывает, что качает маятником – подолгу. Точно ясно, что нельзя бояться. Бережёного Бог бережёт – пословица не про то измерение, о котором я говорю сейчас. Здесь – страха с его досужим неврастеническим многообразием нет. Только страх Божий, если падаешь, и Любовь, если баланс. Чем дольше баланс, чем увереннее стоишь – тем Любовь громаднее. Каменное сердечко медленно, но верно оттаивает. Хочется нести в мир только добро. Иногда готов даже отдать себя всего, но Ему не нужно самосожжение верных – Он благоволит к покаянию и служению в Свете – в духе и истине. Ему вообще ничьё самосожжение не нужно. Суицид у Него не в чести. Он – Бог, а не бисексуальный копрофаг. Он уже слишком вырос, чтобы играть с какашками. Он уже творит – Ему, попросту говоря, незачем трахаться в жопу или хотеть что-нибудь притырить у соседа. Ведь и так все, что есть – Его. Сферы, через которые проходят подобные потоки, тоже звучат. Борисову удается показывать другим, каков звук в конструкторском бюро нашего мира. И, хочет того слушатель или нет – архитектор вторгается во внутренние покои его дома и касается не только интерьера, но и, вероятно, всего – вплоть до несущих стен, до фасада. Здесь особенно стоит помнить, что всё, что имеешь – не твоё. Оно стало твоим потому, что тебе дано. Ты не заслуживал этого. Ты баловень судьбы – тебе выпало заниматься тем, чем хочется. А то, что хочется иногда слишком многого – это не страшно. У нас людей гордыня – кнопка каждого электроника. У нас зверей – можно и в хер зубами вцепиться. У нас ангелов – неприкасаемость. И каждый человек выбирает, чего ему хотеть и как ему реализовывать свои желания. И выбирая, никто практически (за редчайшими исключениями) не задумывается над тем, что выбор этот происходит помимо воли самого выбирающего. Человечество не просто в тюрьме – мы в коконе – в многослойном коконе силков, петель и пут, которые получили наследственно и по факту рождения здесь, но и которые обильно наматываем поверх имеющегося сами. Самостоятельно из этого не выскочить. Если ведёт свыше – одно дело. Но даже тогда следует помнить, что тех, кто вокруг – ведёт, зачастую, хуй знает кто и хуй знает что. Но и они необходимы. Иначе – их не было б. Ведь свыше – вообще всё! А зло… ЗЛА НЕТ!

Надо учиться жить так, словно происходящее вокруг – происходит исключительно для тебя. Оно настолько всё взаимосвязано, что творится сразу в уйме отсеков мироздания, но понимать это начинаешь уже попозже. Тонкие связи открываются после того, как глаз приобретает свойства рентгена и зрение проникает в невидимые до того области – в те миры, которые уже не для всех и каждого. Задуманы-то они как раз для любого человека. Но сперва нужно вспомнить, как это – человек. Необходимо научиться самостоятельно выбирать. Выбор совершается не в буквальном смысле, а в формировании желания и в его направленности. Если человек выбирает между добром и злом – он редко предпочтет добро. Редкий человек сделает выбор в его сторону. Что выбираешь – то тобой и движет. Имея в исходных добро и зло, автоматически залипаешь в двухполюсном пространстве. Неизбежно подвергаешься влиянию с двух сторон. Не ты двигаешь образы, сформированные уже не тобой. Делаешься вторичным относительно себя самого. Ты еще не голем, но уже и не человек. Вырвавшись из этого абсурда, начинаешь постигать, что такое постоянство, непоколебимость, равновесие. Сначала – как антитезу своду иллюзий, с младенчества притворявшихся реальностью. Потом – как реальность, разрушающую иллюзии. И лишь потом – поднимаешься над неважно какой реальностью, чтобы понять назначение своей свободы – своей освобожденной личности, своего отрёкшегося от себя эго. Только замолчав, можно услышать, расслышать язык, на котором написана Книга Жизни. И это, конечно же, не нойз и не абстракции, а нечто почти неотсюда и потому кажущееся нежизнеспособным – Слово, Которое было в начале.

И, конечно же, это не электроника, а электричество. Не электронная музыка, а электрические приливы и отливы – солнечные блики и лунные отсветы, скользящие по планетам и их спутникам, невзирая на туманности звездной пыли. Но лишь после соединения с черными дырами приходят мир и покой. Во Вселенной нет ничего лишнего и случайного. Следовательно – каждый звук не только имеет смысл, но и целеустремлен по своей сути. Свобода человека, как творца, напрямую завязана на его чистоте. Каков человек – таков и его мир. Это и есть – вершина творения. Слушать Лёшины миры не всегда одно удовольствие, но всегда – взаимодействие со звуком и с самим Борисовым, который и являет собой тот самый инструмент, на котором он сам и играет. Вычеркивая себя из уравнения, он перестает быть музыкантом и становится орудием Творца, соединяясь через эту добровольную мирную жертву со Светом и пропуская через себя то, что потом будет уже в составе происходящего. Таким образом, он проливается в мир и пропитывает этот мир собой – себе не принадлежа. И Бог ему навстречу!

Остался непроговоренным, невыговоренным очень важный нюанс. Поскольку данное письмо пишется тому (и будет читаться теми), кто его сможет прочесть, то опасаться быть непонятым мне не приходится. К тому же привычка дискутировать с людьми, жонглирующими мнениями Генона, Ницше, Кьеркегора, Хайдегера, Эволы или кого-нибудь в таком духе, приучила меня к безразличию и даже, думается, бесстрастию по отношению к моему читателю. Я не то, чтоб вовсе не рассчитывал быть услышанным – пусть и не понятым. Дело не в этом. Это – еще на подступах к делу. Когда пишется настоящее, то вопрос адресата не встает, потому что – вопреки всему и во благо ему – текст остается сказанным. Следовательно – он обращен к конкретным людям, которые обязательно с ним войдут в контакт. Через этот контакт те, к кому развернута речь, будут подключены к моему духу, который в Духе Божьем, поскольку я рождён свыше и та мистерия, которая во мне разворачивается, полностью соответствует древнеегипетской инициации небожителя. Разница лишь в том, что на сей раз я христианин. 10 в 8 – это не просто Всё в Кришне. Важно понять, через кого и откуда ждать его прихода. Явления Моисея, Илии – Богоявления Христа Иисуса в славе Отца Небесного. Пришествие Будды, которому можно всё. Так вот именно с той колокольни, на которой я сейчас стою, озирая окрестности, хочу тебе, Леша, сказать довольно важную, на мой дурацкий взгляд, фразу. Если те – первые – Великие – могли, то что мешает смочь прямо сейчас?

Посмотри на себя. Увидь себя. Прими себя.
Никому ничего не рассказывай о себе.
Пусть у каждого будет только его мистика.
Бесполезно искать попутчиков по судьбе.

Человеческий разум – такая же доля вымысла,
как и кажущийся счастливым мой детский дом.
И чего же только душа здесь моя не вынесла –
вся замаранная, но теплящаяся. Ом.

Отчищаясь от ежедневных истерик совести
ощутишь однажды сияние пустоты.
Человек без Бога – гравитация в невесомости,
медитация под воздействием кислоты.

Не сменить по глупой прихоти места действия –
даже если роль неоправданно тяжела,
и любые события – это всего лишь предвестия,
и не ты прожил, а жизнь тебя прожила.

Когда-нибудь – я не знаю, когда – ты вспомнишь всё, включая далёкого декабриста, пришедшего с вопросами к Серафиму Саровскому. Тогда Серафим прогнал от себя масона, потому что тот был категорически не готов к встрече со Светом. Вероятно, тебе еще только предстоит простить прогнавшего. Бог судья – я лишь озвучиваю, что вижу. И каждый человек имеет право на ошибку – лишь бы однажды им был совершен верный выбор – выбор в Вере, Надежде и Любви. Пережив смерть на могиле трёх святых сестёр – пережив смерть вторую – встаёшь перед распахнутыми воротами в жизнь вечную. Но без Спасителя туда не войти. Тысячи религиозных доктрин и тысячи учителей станут внушать обратное. Им неведом Крест – они ничего не знают про Лебедь. Для них эта руна – символ, а не созвездие Северного Креста. Их реальность не соединилась в единстве миросозерцания неделимой Вселенной, обречённой на спасение – уже по единственному тому факту, что Творец – Любовь. Бежать от Света – лишь подтверждать темноту своих дел. Чем больше сопротивление – тем больше ущерб.

17.03.2010 21:18:07

Всего голосов:  1   
фтопку  0   
культуризм  0   
средне-терпимо  0   
зачёт  1   
в избранное 0   



Логин: * Пароль: *
Текст: *

Комментарии :  3

  • Урюк | e-mail  | www  | статус: автор
"Бежать от Света" лишь подтверждать его существование, не замечать его,- вот истинное Дао. пи(с)
17.03.2010 22:44:32
  • Алексей Рафиев | статус: автор
:)))
17.03.2010 22:50:19
  • Алексей Рафиев | статус: автор
:)))
17.03.2010 22:51:30
 
Смотреть также:
 
Алексей Рафиев
 
 
  В начало страницы